Уровень [Смерть] - Марина Бастрикова

Меня выворачивало раз за разом, а я даже не видела рядом никакого подходящего ведра. Отлично, Луиза, шикарно ты благодаришь хозяйку за лечение и подарки.

Глава 17. Ривертон

Портальная площадь встретила меня гомоном голосов и запахом жареных пирожков. Город назывался Ривертон, судя по табличке у входа в здание телепорта. Деревянные дома здесь выглядели добротнее, улицы шире, а стражи на углах стояли через каждые сто шагов, а не бегали всей сворой за одной нищенкой.

Я подергала ворот платья. Хозяйка лечебницы не только выходила меня, но и дала немного мелочи на первое время. Я не стала спорить, так как в тот момент была просто не в том состоянии.

Здание Гильдии Синих Холмов я нашла быстро — оно возвышалось над одноэтажными лавками. Серый камень, узкие окна, тяжелая дверь, обитая железными полосами.

Я подошла к стойке. За ней сидела женщина с гладко зачесанными волосами и усталым лицом. Она подняла на меня глаза, скользнула взглядом по платью, по моему лицу, по пустым рукам.

— Что? — спросила она грубовато, но спокойно.

— Хочу вступить в гильдию.

— Имя?

— Луиза.

— Фамилия?

Я замялась. Фамилия? В катакомбах она мне не требовалась.

— Просто Луиза.

Женщина вздохнула, отложила перо.

— Без рекомендаций, без поручителей, без подтвержденного происхождения мы не берем.

— Есть другой способ поработать охотником? — спросила я осторожно.

— Иди в Ассоциацию, они собирают задания, от которых гильдия отказалась или передала на аутсорс, — спокойно, но не без закатывания глаз, объяснила она.

Что ж, по крайней мере она мне ответила, хотя, наверное, это информация, которую в этом мире должны знать все. И даже не пыталась обмануть, чтобы что-то там для себя проверить, как Корбин.

Так что я искренне ее поблагодарила и вышла из здания клана, войдя в менее презентабельно выглядящее здание напротив.

Ассоциация оказалась пристройкой к таверне. Общая зала, длинные столы, стойка, за которой суетился мужик в фартуке, и доска с бумажками, пришпиленными гвоздями. В углу сидели люди с оружием, пили, переговаривались, изредка поглядывали на доску.

Я подошла к стойке. Мужик вытер руки о тряпку, глянул на меня.

— Задание? Или комнату?

— Какие здесь условия? — спросила я максимально расплывчато, чтобы снова не сойти сразу за глупую деревенщину.

Он хмыкнул, кивнул на доску.

— Выбираете задание. Оплата по факту, процент Ассоциации — двадцать. Для зарегистрированных групп — процент ниже.

Я повернулась к доске. Бумажки с корявыми буквами, печатями, цифрами. Доставить, принести, убить, защитить. Цены — копейки. На самое дорогое, убийство какого-то огненного кабана, требовалась группа от семи человек, на остальных обычно указывались цифры от трех и более.

В кармане звенело ровно на одну ночевку в самой дешевой конюшне и на две миски похлебки без хлеба. Ибо сомневаюсь, что в большом городе цены ниже, чем в деревне.

Вот только снова ночевать на конюшне я не готова…

Я села за стол в углу, откуда была видна вся зала, и стала смотреть. В зале было человек двадцать. Кто-то сидел в одиночку, угрюмо жевал, кто-то сбивался в кучки, переговаривался, спорил.

Троица у окна привлекла мое внимание сразу. Экипировка — добротная, не новая, но ухоженная. Кожа с металлическими пластинами, мечи в ножнах не болтаются, а приторочены так, чтобы удобно выхватить. Один из них, светловолосый, широкоплечий, как раз отошел от стойки, вернулся к своим, что-то сказал. Они заспорили, но тихо, без крика. Потом он снова пошел к стойке, и, похоже, записался на какое-то из заданий.

Я поднялась, подошла, когда он отошел от стойки с бумагой в руках.

— Вы набираете группу? — спросила прямо.

Светловолосый оглядел меня. Платье с чужого плеча, меч без ножен, перемотанный тряпкой, мои руки без мозолей, чистые после обнуления уровня.

— Ты? — спросил он. Не грубо, скорее удивленно.

— Я.

— Кто рекомендовал?

— Никто.

— Охотилась ранее в группе?

— Вчера сражалась с пыльниками в пустыне Кэррот, — сказала я, глядя ему в глаза.

Он моргнул. Видимо, пыльники считались серьезными тварями, так как на его лице появилась маска недоверия.

— И сколько вас было? — спросил второй, с рыжей бородой.

— Восемь стражников и я. Один погиб.

Они переглянулись. Светловолосый почесал подбородок.

— Слушай... эм?

— Луиза, — подсказала я.

— Мы берем только проверенных. Можем взять на испытательный срок. Без оплаты. Пройдешь одно или несколько заданий с нами, тогда и посмотрим.

И я отказалась. Мне все же надо было сегодня платить за ночлег и еду. Да и неизвестно, как долго они будут держать меня в стажерах без оплаты.

Вторая группа нашла меня сама. Вернее, они подсели за мой стол неподалеку от доски, когда я смотрела на объявления, изучая, какие существуют монстры в этом мире.

Их было четверо. Молодые, азартные, с блестящими глазами. Оружие новое, куртки кожаные, без царапин. Командовал парень с залихватским чубом, падающим на лоб.

— Ты одна? — спросил он, плюхаясь на лавку напротив. — Тоже задание ищешь?

— Ищу.

— А чего с нами не пойдешь? Мы как раз группу добираем. На кабана того, огненного. Цена хорошая, а если там сокровища найдут — вообще сказка.

Я посмотрела на них. Мечники, все как один. Ни луков, ни копий, ни щитов. Только мечи, у кого длиннее, у кого короче. Хотя, судя по тому, что я успела увидеть, здесь это самый популярный класс. Их четверо, я пятая.

— А разве на кабана не от семи охотников требуется?

— Ты, наверное, новенькая, и не знаешь, но эта цифра условная. Не волнуйся ты так, пятерых достаточно. К тому же, мы сильные, и всему тебя научим.

Второй, круглолицый, закивал:

— Лес, поляна, кабан бегает. Просто кабан, только огнем плюется. Ничего сложного, не боись.

Третий, с тонкими усиками, добавил:

— Справимся впятером. Добыча поровну. Идет?

Я молчала, смотрела на них. Азарт, уверенность, блеск в глазах. Слишком громкие, слишком веселые.

— Оплата когда? — спросила о самом важном, чувствуя неуверенность, может, из-за их излишне позитивного настроя, может, просто после недавно пережитого страшно было идти куда-то в лес в компании вооруженных парней.

— После сдачи, — ответил Чуб. — Но Ассоциация платит всегда. А сокровища наши.

— Если я погибну, мою долю кому?

Они переглянулись.

— Не погибнешь, — отрезал Чуб. — Мы своих не бросаем.

Я посмотрела на